15 февраля 1989 года из Афганистана вышли последние части советских войск. Долгие десять лет название далекой чужой страны было кошмаром для матерей всего Советского Союза. Это история одного из перевозских парней, который прошел через горнило войны, побывав там, «за речкой». История солдата – одного из тех, кто просто хотел выжить и вернуться домой, увидеть родителей, брата, друзей. И которому это удалось…

Как на курорте

Когда Евгению Варфоломееву настал черёд идти в армию весной 79-го года, ничто не предвещало его фронтового будущего – местом службы стала солнечная Молдавия, город Тирасполь. Так как молодой человек уже успел к тому времени окончить перевозское ПТУ и получить права тракториста-машиниста широкого профиля, он и здесь пригодился в качестве водителя. После «учебки» за рядовым закрепили «зил», и служба потекла своим чередом. Помимо выполнения чисто армейских задач, солдат привлекали и к гражданским заботам: они помогали народному хозяйству в сборе винограда, что служивым было только в радость. «Не служба – красота! Тепло, фрукты, овощи разные – как на курорте», — писал в письмах домой Евгений спустя полгода, да, видно, сглазил…

Шел декабрь. Как-то весь полк подняли по боевой тревоге, начальник штаба перед строем объявил мобилизацию. «Под покровом темноты нас погрузили в вагоны: куда едем и зачем, не знали, но все понимали, что случилось что-то серьёзное, — рассказывает Евгений Александрович. – На пятые сутки пути все сомнения развеялись окончательно: в прокуренных вагонах только и слышалось страшное слово «Афганистан». Мы прибыли в самую южную точку тогдашнего Союза – г. Кушку, находящийся от границы всего в 4 км».

Последняя надежда

Подготовка к «войне» здесь шла полным ходом: формировались воинские соединения, на местном полигоне сутками напролет трещали автоматные очереди, ремонтники приводили в готовность массу боевой техники. Евгений Варфоломеев получил назначение в взвод управления по снабжению в составе танкового полка, ему вручили ключи от большегрузного «Урала», на обкатку дали всего неделю. В Кушке всем, от солдата до офицера, раздали специальные памятки о том, как должен себя вести советский военнослужащий в «дружественном СССР» Афганистане. И вот поступил приказ, убивший последнюю надежду, что все-таки всё обойдется, – перейти государственную границу и следовать через Турагунди, Герат, Шинданд на Кандагар.

– Дорога шла в горы, рядом были кишлаки, — вспоминает перевозец. – Последние дни декабря. Зима. Ночь. Горы. Кажется, даже был снег, иногда мокрый. Вся техника двигалась со светомаскировочными устройствами. Впереди и сзади колонны – БТРы, а мы, груженные продовольствием, снаряжением, боеприпасами, – посередине. Через перевал вела только одна дорога. Двигались медленно, почти на ощупь, постоянно соблюдая осторожность: одной рукой держишь руль, а другой – наготове автомат на коленях. Главное было – не заснуть.

Очень запомнились попавшиеся по пути афганцы. Дети и взрослые в длинных полотняных рубахах и многие без обуви. На падающий снег они совсем не обращали внимания. Что-то кричали, размахивали тускло поблёскивающими фонариками и просто руками. Среди встреченных нами афганцев я никого с оружием не заметил.

В числе первых

Первыми «шурави», отправленными через Кушку «за речку», были кадрированные (состоящие только из офицеров) подразделения Советской армии, «усиленные» туркменскими «добровольцами» (их еще называли «партизанами»). Вскоре их за короткое время заменили солдатами-срочниками, в числе которых и оказался наш Евгений. Эти наивные, худосочные пацаны, еще толком не наигравшиеся в свои дворовые «войнушки», оказались втянутыми в настоящую войну.

Первому поколению, которое вошло в Афганистан, досталась самая трудная доля. Именно ему пришлось обустраивать в чужой стране свой быт с нуля. Это через пару лет появились холодильники, щитовые казармы и нормальное питание. А в первые два года в теплое время (апрель-ноябрь) люди не видели свежего масла и мяса, потому что на жаре они портились. В основном все было консервированное, и постоянно не хватало воды. Стирали в арыках, там же и мылись. Жили в палатках.

– Тяжело было привыкать ко всему, — рассказывает Евгений Александрович. – Климат там своеобразный: днем жара, да такая, что можно было обжечься о раскаленный металл автомобилей. А ночью – сравнительно прохладно. Или едешь по пустыне – жара, поднимаешься чуть в гору – холодает. На низкогорье нормальные дороги, на подъем пошел – там обледенение. Чуть проглядел, уже авария. Еще никто не стрелял, а машины вышли из строя. Почти всегда мы возвращались с рейсов и тащили за собой неисправную технику.

С нашим героем тоже один раз такая история случилась: «Закипел двигатель, — вспоминает он. — Что делать? Пошел в ближайший кишлак. Как-то сумел объяснить местным, что нужна вода. Какой-то пацаненок вызвался проводить к колодцу. Набираю, а сам по сторонам озираюсь, автомат из рук не выпускаю, мурашки по коже. Ну нет, все нормально, машину завел и догнал свою колонну».

И дольше века длился день…

К непростому климату и войне прибавились и инфекционные болезни. Из служивших в Афганистане, несмотря на прививки, заболело более половины. Не избежал этой участи и наш земляк – подхватил желтуху. Его отправили в госпиталь в Ташкент. Раньше больным с подобным диагнозом полагался 10-дневный отпуск, Евгений думал, что и ему удастся побывать на родине, он даже матери телеграмму отправил, чтобы та деньги на дорогу выслала. Но увы… После излечения рядового Варфоломеева вернули назад. До конца службы оставалось 4 месяца. Каких месяца! Никогда так не хотелось домой, как тогда: считал дни и ночи и благодарил всех святых, что пока жив. А ведь почти каждый день кто-то погибал. Это морально и психологически тяжело воспринималось. Евгению в этой войне повезло: ни разу его машина не попадала под обстрел, и самому не пришлось ни в кого стрелять и убивать. Хотя профессия военного водителя стала за годы вооруженного конфликта в Афганистане едва ли не самой опасной. Более 50 процентов диверсий моджахеды совершили именно в отношении автоколонн.

Мирного неба!

Солдат не мучил себя вопросами ни тогда, ни после: зачем мы там были? ради чего погибали молодые мальчишки, вчерашние школьники? Надо, значит надо! По приезде домой после долгожданного дембеля он старался все забыть, как страшный сон. Быстрее хотелось начать мирную жизнь, цену которой очень хорошо узнал.

Евгений сразу же женился, устроился на работу в перевозскую мелиорацию, где проработал больше 20 лет. Сейчас он трудится в ХПП так же водителем. У него два сына, четверо внуков, и больше всего бывший «афганец» желает, чтобы на их долю не выпали те испытания, которые пришлось пережить его поколению.

Ольга Буканова

Новые фото
оцифровка старых видеокассет
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
       
      1
3031     
     12
       
  12345
6789101112
       
      1
3031     
    123
       
78910111213
21222324252627
28293031   
       
      1
23242526272829
30      
   1234
19202122232425
       
293031    
       
     12
17181920212223
       
  12345
6789101112
       
15161718192021
2930     
       
    123
       
    123
25262728   
       
 123456
14151617181920
28293031   
       
     12
31      
   1234
567891011
       
891011121314
293031    
       
     12
3456789
10111213141516
       
  12345
       
      1
9101112131415
23242526272829
3031     
    123
11121314151617
       
 123456
78910111213
21222324252627
28293031   
       
      1
16171819202122
23242526272829
30      
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
       
   1234
262728    
       
1234567
891011121314
15161718192021
293031    
       
Мы в соцсетях